С высоты орлиного полёта, с непростой вестью
С высоты орлиного полёта, с непростой вестью
Вступление
Светлана [0:00 - 0:04]
Увидим совершенно другие картины. Там большие проблемы. И экономические, и природные.
Интервьюер [0:04 - 0:10]
Светлана Драган. Всё, что вы говорили в новогодних выступлениях, оно действительно происходило.
Светлана [0:11 - 0:22]
Начиная с июля, можно сказать, мы входим в новую полосу, абсолютно поворотную. Но на самом деле происходят очень удивительные вещи. Пробуждение, осознание.
Интервьюер [0:22 - 0:26]
И финансовые, и политические, и общественно-политические. Они будут разрушены.
Светлана [0:26 - 0:42]
Мы стоим прямо на самом-самом пороге перемен. Нас ждёт ещё более жёсткая ситуация туда дальше. Европа и вообще весь Запад, он не просто так говорит о войне. Он действительно к ней готовится. Теперь Россия, из тебя спрос.
Интервьюер [0:42 - 0:43]
Когда закончится?
Светлана [0:43 - 0:51]
У нас есть ключи просто от этих годов. Угловые расстояния планеты, которые будут продолжаться до весны 29-го года.
Знакомство и тема встречи
Интервьюер [0:51 - 1:37]
Добрый день, дорогие друзья! Мы с вами вновь встречаемся на моём канале «Жизнь. Имя. Собственное». «Жизнь» мы пишем с большой буквы, потому что относимся к ней с уважением, с вниманием и с благодарностью.
И я, Марина Михайленко, представляю вам своих гостей, которые учат нас, показывают нам, как именно разворачивается перед нами наша жизнь.
Сегодня у меня удивительный гость - Светлана Драган, экономический и политический астролог и практикующий астролог, человек-исследователь будущего.
Светлана, я очень рада вас видеть в этой студии, со мной, в разговоре.
Светлана [1:37 - 1:38]
Взаимно.
Поворотная вторая половина года
Интервьюер [1:38 - 2:01]
Да, спасибо вам большое. И, знаете, мы с вами встречаемся как раз вот где-то в середине года.
Всё, что вы говорили в новогодних выступлениях, оно действительно происходило, мы видели в информационных справочниках, в СМИ, видели события, о которых вы говорили и предупреждали нас. Но нам предстоит прожить следующую половину этого года. Как мы её проживём?
Светлана [2:01 - 14:11]
Я всегда думаю, как можно в одно предложение уложить такие глобальные события, которые нам предстоят, и, на мой взгляд, мы буквально с июля начнём переворачивать абсолютно новую страницу во всех смыслах этого слова.
И судьба людей, это, естественно, и геополитическая, экономическая среда, и вообще это новый формат энергии, который от нас будут требовать совершенно других впечатлений.
Мы увидим совершенно другие картины, и, может быть, они будут, в некотором смысле, будто бы театрализованы. Хотя жёсткость сценария, она, конечно, намекает на то, что мы всё будем воспринимать, конечно же, всерьёз.
Ну как, мы же люди, мы проживаем эту жизнь, и если у нас были одни вводные вот в первые половины года, то, начиная с июля, можно сказать, мы входим в новую полосу, абсолютно поворотную, где элита будет искать возможность стать единственным ментором, диктатором вот в том пространстве, которое намечается.
Но, наверное, неведомо или неведомо, что всё так и не останется.
Всё пойдёт по-другому, конечно же, но, тем не менее, вот эти горячие события июльского месяца, они будут исключительно важными.
Ну, поскольку у нас очень много различных планов, различных направляющих, нас интересует, наверное, и Россия, и какие-то отдельные регионы, как, например, я сейчас слышу жалобы от крымчан, и действительно, ситуация там достаточно сложная, и кажется, что вот она сейчас напрягается, тем не менее, где-то, может быть, после 18 примерно июня, я сейчас просто не могу вспомнить точно, потому что действительно сейчас сложно запоминать и даты, и события, она покажется как будто бы решаемой, и как будто бы вообще Россия будет ощущать себя, если вообще сейчас это можно так сказать, в какой-то силе.
Но вопрос того, что мы ждём от территориальных каких-то наших возможностей и потенциала, как мы с этим будем распоряжаться, как мы будем вообще строить дальнейшие отношения, потому что геополитический ландшафт начинает распределяться новым образом, таким достаточно горячим, спорным, и понятно, что ещё в дальнем своём прогнозе давно говорилось, что июль станет очень важным или России, или Израилю, потому что это прямо для Израиля тоже серьёзно очень и опасно очень.
Но в связи с тем, что буквально в 20-х числах июля планета встаёт в очень жёсткую, в очень горячую комбинацию, то она будет, конечно, провоцировать и горячие события.
Это и ионизированный контекст. Всё будет подогреваться, от температуры, наверное, воздуха до вообще событийности, до какой-то странной, гипертрофированной, даже опереточной такой мизансцены важных провидителей, которые будут между собой находиться в жёстком конфликте.
Это момент, когда элиты, можно сказать, столкнутся в едином порыве, что самое такое закадровое, что, собственно говоря, на самом деле будет происходить?
Мы говорим о том, что пробуждение, осознание, всё это у нас уже набило оскомину и, в общем, даже не воспринимается. Но на самом деле происходят очень удивительные вещи.
То есть, даже не знаю, могу ли я отвлечься чуть-чуть, чтобы у меня было понятно. Ну вот мы когда наблюдаем какие-то события, мы думаем, сейчас как мы вмешаемся, как мы сейчас зададим тон.
Но мы должны понимать, что вот все события, всё, что происходит, мы сами, наша, условно говоря, некая биологическая составляющая, и всё, что вообще с каждым происходит, когда мы говорим как будто бы о матрице, мы говорим о том, что есть некий исходный код, если говорить физическими словами, он вне нашего доступа, он как бы инкапсулирован, он отделён, и мы не можем на него повлиять, и поэтому нам очень сложно во внутреннем мире, вот в этом интерфейсе находиться, и этот формат управления нами, он требует, наконец, нашего контакта, я имею в виду той силы, которая является своего рода кураторской силой.
И если раньше мы как-то были отделены и действовали, ну вот как действовали, так и действовали, вот в таких матричных, так сказать, паттернах и паттернах, вот теперь этот код меняется, и если вот себе представить, когда меняется этот исходный код, когда он будет воздействовать на всю среду вот этого интерфейса, то, конечно, говорить о том, что так вот упорядочено всё будет, конечно же, нет, не так просто стереть старые программы и как-то их аннигилировать.
И более того, он ведь стирается не так бездумно. Планеты выстроились таким образом, что одна из планет, которая символизирует некий новый уровень, новый кодекс, новый градус духовности, так это назовём. Все ведь под этим разное, так сказать, понимают.
Кто-то считает, что это какой-то культурный уровень, кто-то считает, что это какая-то молитва, но на самом деле это вопрос некоего нового нашего осознания внутреннего каждого, не внешней среды.
Вот сейчас перед нами будет разыгрываться вот этот фарс.
И этот фарс, естественно, потянет за собой и тех, кто, собственно, не хотел как-то участвовать, и тоже, в общем, предполагал, что он не будет вместе с элитой, которой нужны эти инструменты в лице людей, которые не чувствуют этих вещей.
И вот та самая планета, которая погружает нас в новую степень сознания, она это делает массово. То есть каждый из нас думает, ух ты, со мной что-то происходит. Но как-то это отличается от того, что происходит с моим соседом. Он говорит другие слова, а я вот эти.
Не имеет значения, какие слова мы говорим. Вот это наполнение, которое в нас происходит, это… одновременный сигнал для всех. Другое дело, естественно, восприятие, помноженное на какой-то возраст, на опыт и так далее, это разные вещи.
Но если мы вот сейчас посмотрим на то, что мы слышим с экранов, как мы слышим, как разговаривают молодые люди, это вообще другая вообще… сфера, другая атмосфера, потому что вот этот поиск, правильный или неправильный, не имеет значения, но необходимость вот этого контакта с чем-то другим, а не с тем, что предлагается, он прямо очевиден.
И вот, наверное, та часть людей, которая может быть выдернута из-за вот этого потока, поточного соотношения той группы людей, даже, я бы сказала, массы людей, потому что эта планета, она заведует вопросами, скажем, такого…
Я привела бы, наверное, пример, вот как рыбы в косяке плывут одновременно. Каждая из них - это рыба, но они, вот это их сознание, оно влечёт их в совершенно как бы новое русло. И это не требует борьбы, не требует сопротивления, это необходимость.
Это как имманентные свойства, которые требуют реализации.
Та часть людей, которая чувствует, что они находятся просто в розыгрыше, что за всем происходящим стоят какие-то другие мотивы, и другие не только мотивы, первоисточники другие, то вот эта часть, она остановилась, наблюдает, что-то предпринимает, но в большей степени в себе ищет какие-то силы, какой-то внутренний статус другой.
Но есть те, кто абсолютно, как они предполагают, материально и рационально, и вот эта рация заставляет их всё время наблюдать за какими-то диалогами, персонажами, биться вот в этом, кто прав, кто виноват, и невозможность увидеть целостную картину.
Вот это, конечно, опасный периметр, в котором находятся эти люди. Они как раз являются той неосознанной жертвой игры умирающей элиты в том смысле, что мы сейчас имеем под этим в виду.
Поэтому, наверное, столкновение старой энергии и новой энергии, желание властвовать и абсолютная необходимость какого-то высвобождения, но одновременно навязывание такого мощного, какого-то военизированного, в чём-то тоталитарного сценария, который может проявляться в чём угодно.
Это такая единая канва, которая будет проявляться.
За этим стоят ещё и другие процессы, космические, поскольку здесь идёт, ведь, может, проекция того, что происходит в тонком мире. И в тонком мире происходит тоже война, борьба.
Она не имеет таких, ну, скажем, мизансцен, которые мы видим здесь на Земле, но она имеет сейчас очень важный, демонстративно опасный вид. И мы даже, наверное, будем наблюдать какие-то космические явления опасные, мы можем наблюдать техногенные катастрофические явления.
То есть всё нам будет намекать на то, что в жизнь входит некий новый сценарий. Но большинство людей, запуганных этим новым сценарием, они, конечно же, будут воспринимать это как начало такого тотального уничтожения, так сказала. Так оно и есть, внешне так и будет.
Но на самом деле это последняя игра, последний бой, который начинается только, только начинается для нашей страны, как минимум.
И вот, чтобы не забыть, про Крым мы тут начинали говорить. Меня смущает, боюсь перепутать, но, по-моему, это конец июля, 29-30. Есть опасность такого взрывоопасного толка, наверное, будут попытки как-то взорвать и мост.
Но просто там будет не одна такая попытка, будет ещё и в октябре. Я надеюсь, что мы сможем как-то устоять, и вообще ощущение от России пока будет относительно такое, что как будто бы вызывает уважение.
Но здесь тоже очаровываться не нужно, потому что мы стоим прямо на самом-самом пороге перемен, которые от нас потребуют полной реорганизации, и это будет непростой процесс, а за ним последуют ещё более серьёзные.
Но, тем не менее, хотелось бы, чтобы, наверное, было понятно, что наше участие, вот вообще, той группы людей или того, я даже сказала, тех масс людей, которые всё поняли про это и понимают, что здесь ситуация не так проста, поняли, что за этим реально стоит.
И если мы сейчас соприкасаемся, и вот эта третья сила, скажем, которая с нами входит в некий контакт с каждым по-своему, потому что мы разные, то вот эта точка опоры, она, естественно, внутренняя, и вот этот внешний театр, ну, его надо как-то для себя и фильтровать, и распознавать, и понимать, что это, конечно же, театр.
Можно ли остаться наблюдателем?
Интервьюер [14:11 - 14:30]
Светлана, а вот скажите, пожалуйста, вы несколько раз говорили о том, что театр разворачиваться будет, спектакль.
Можно ли в этой ситуации, вооружившись знаниями, предвидением, представляя, как это всё будет происходить, остаться наблюдателем, быть в стороне и наблюдать этот спектакль из первого ряда партера?
Светлана [14:31 - 21:00]
Ну, конечно же, за этим должен последовать ответ. Но это, конечно же, непросто. Мы все участники, и это же не просто мы наблюдатели такие.
То, что происходит с нашей Землёй, с нашей планетой, это стирание старой цивилизации, и сейчас я кое-что расскажу исторически, некий такой факт, который, в принципе, выглядит так, что если мы сюда пришли, а мы пришли для некоего его внутреннего роста, понятно, что мы здесь ничего не видим, кроме вот этого интерфейса, в который мы погружены.
Мы можем слышать, видеть только то, что отражается в наших колбочках и линзочках в глазах, да, и так далее.
Но если вдруг позволить себе мысль допустить, что всё значительно шире, и все опыты, которые мы здесь проходим, это некий формат оценки нашей внутренней силы, которую сейчас мы не так уж легко можем почувствовать.
Ну, просто понять это, увидеть это, в конце концов, мы видим, как процессы развиваются. Никто не может сейчас остановить этот исторический процесс. Нас ждёт ещё более жёсткая ситуация туда дальше. Каждый, оказавшись в жёсткой ситуации, оказывается часто в разных положениях.
Поэтому, конечно же, чем отделённее взгляд, тем сохранность больше. Но у меня в своё время не раз выходил такой ролик, это из моих вебинаров, которые у меня там есть по астрологии, хиромантии и прочим сопутствующим знаниям.
Вот каждый человек, когда проходит какие-то жизненные ситуации, с тем знаком, с тем ощущением, которое он проходит, он выдаёт некий флёр, назовём это флёр, как некий градус возможности, как некую энергию, которая задаёт дальнейшую цепь его событий.
Тот самый эскиз, он будет как будто бы происходить, но мы раскрашиваем его своими красками.
Раз человеку предоставили какую-то такую возможность вступить в какой-то конфликт банальный, хамский какой-то такой, проявил себя как хам, дальше, дальше, и тебе эти ситуации тут же, так сказать, повторяются.
Ты находишься в этом круге, и у тебя траектория не может измениться, она идёт туда.
И если твои ощущения меняются, и ты в состоянии оценить ошибки другого не с точки зрения гнева, а с точки зрения понимания, может быть, даже какого-то великодушного сожаления, если угодно, то от тебя идёт другой флёр. Он, вы как, скажем, отражатель.
Вы шлёте этот сигнал, вам отражается другой сигнал, которые вас переводят на определённый уровень событийности.
Будете двигаться по своему расписанию.
Так вот, не надо думать, что это отсутствие воли, мы хотим волю здесь, сейчас проявить. А воля - это понимание самого высокого замысла, по поводу которого мы сюда пришли. Это посложнее, чем просто, скажем, пойти поссориться в магазине или разгневаться на политических игроков.
Это понимание, что вы оказались в этом мире, вы зритель, и вы испытываете ощущения.
И если вы в состоянии оценить общую ситуацию, действительно, не копаться в каких-то деталях, не смотреть сквозь замочную скважину, то ваш, скажем, от вас идёт очень мощный сигнал, вы становитесь, вы защищены неким таким вот, опять же, периметром, который не позволяет к вам пробраться с самым жёстким, с самым таким тяжёлым событием.
Конечно, если в вашей жизни есть необходимость проверить вас на прочность очень серьёзно, и у вас есть некие задачи, которые не обязательно связаны с каким-то социальным контекстом, вы должны стать знаменитым, вы должны спасти кого-то, спасите себя просто.
Это, наверное, самый важный фактор, потому что спасти себя - это очень непросто.
Это значит понять, увидеть другого, осознать, в каких он находится обстоятельствах, может быть, слепоты какой-то своей, может быть, и понимание, но нехватки какого-то масштаба личности. Но это же довольно сложно.
Но мы вот учимся, у нас даны какие-то близкие, друзья наши, вот, пожалуйста, наш круг людей, что мы там делаем, как мы себя там ведём.
Святость - это не значит, что ты должен биться головой о пол, снимать себе последнюю одежду и отдавать её. Да, это хороший жест. Но мы же иногда понимаем, что вот человек перед нами находится, у него есть некие задачи, осознаёт он это или нет.
И помощь ему иногда - это обращение его к себе, а не какое-то такое, как мы там говорим, будем давать рыбу или удочку. Поэтому, конечно, удочка сейчас - это самое главное.
Не знаю, смогла ли я это донести, это всегда очень такой камерный какой-то, очень такой субъективный вариант.
Но как только вот ты становишься таким, от тебя идёт другая энергия, ты такой становишься мощным, что ты притягателен для других, и это создаёт определённую атмосферу.
Но здесь есть следующий, скажем, шаг опасный - это вот так надуться и стать таким гуру. Вот это, конечно, ещё хуже. Поэтому, ну, может быть, жизнь, она так прекрасна во всех её проявлениях, и необязательно стремиться к этой социальной значимости.
Может быть, делать то, что ты умеешь, то, что тебе нравится, находить в этом удовольствие, и не делать это инструментом своего продвижения, как нам было, так модно было, как будто мы должны продвигать себя, это должен быть маркетинг.
Мы сейчас уже реагируем на маркетинг с раздражением. Поэтому все всё чувствуют. И с экрана всё понимают, и по голосу. Некоторые не могут смотреть некоторых спикеров, потому что неприятен голос. Но это тоже энергия. - Да.
Предчувствие войны: Россия и Запад
Интервьюер [21:02 - 21:08]
А вы очень хорошо сказали сейчас именно о том, как проживать вот эти изменения, которые сейчас происходят.
Светлана [21:09 - 24:57]
Ну, давайте возьмём, скажем, на вооружение некий такой контекст России. Тоже, наверное, и не только России. Вот готовилась к вашей передаче.
Иногда ты видишь события достаточно тяжёлые, и иногда даже не хочешь их понимать, вот просто это тоже такой человеческий фактор, но вдруг увиделась, я не знаю, насколько я права, насколько, скажем, это будет сейчас смело, я вообще человек, оптимистично старающийся на всё смотреть, но, тем не менее, мы же должны понимать.
Я просто вижу ситуацию, ну, мы всё с Украиной возимся, что-то у нас происходит, но всё выглядит куда более серьёзно, и есть ощущение, что Европа и вообще весь Запад, он не просто так говорит о войне, он действительно к ней готовится.
И вот это предчувствие войны, может быть, оно уже в августе и будет, но ещё не настолько, чтобы прямо проникаться им. Просто август, он настолько посвящён тому, что, как знаете, прожектор такой исторический, оп, и поворачивается на Россию.
Там много было всего того, всего, там воин каких-то, но вот теперь Россия, из тебя спрос. Ты хотела быть учителем, ты хотела сплотить всех, ты хотела выйти на какой-то высокий уровень. Мы все говорим, ну и что, мы же ожидали, что Россия.
Ну теперь давайте последнее испытание. Последнее, не последнее, но во всяком случае самое серьёзное.
Вот, например, я уже вижу в декабре 2026 года уже предпосылки военного толка для нас, для России, более серьёзного. А к январю, особенно к третьей декаде января, всё выглядит уже совсем серьёзно.
И здесь я не могу, так сказать, своим взором увидеть всё сразу, приходится как по тёмному лесу шагать и видеть, где там какие тропинки.
Но общая канва меня ведёт к тому, что Германия очень откровенно готовится к этому, и она выступит, скорее всего, в роли вот такого агрессора. Не только Германия, но Германия как-то увиделась более всего.
Ну, начинается история довольно тяжёлая для нас, которая будет продолжаться практически до весны 2029 года. И уже весной 27-го мы почувствуем всю тяжесть положения, не только мы, но Европа тоже, ну и в том числе Великобритания, но немного там по-другому.
Для Великобритании там процессы как-то выглядят, распада и природно, и как-то несколько иначе, а вот для вот этого столкновения интересов, вот этого исторического инструмента аннигиляции прошлого, вот это, конечно, серьёзный такой момент.
И есть определённая, конечно, хронология, как это будет происходить, какие тяжёлые времена, какие, может быть, не тяжёлые, но на самом деле видится, что к 2028 году, туда к весне особенно.
Я в своих публикациях, по крайней мере, в приложении обязательно напишу полные тексты и хронологию с датами.
Но это очень тяжёлое время, это когда уже люди настолько измотаны, когда не только мы страдаем, и, скорее всего, страдает Европа, и очень серьёзно, сейчас себя ловлю на мысли, что говорю это так смело, хотя, ну как можно за это отвечать, только разве что полагаясь на то, что действительно происходит так, как планеты складываются.
Интервьюер [24:59 - 25:01]
То есть это же не досужие домыслы, мы говорим с вами.
Светлана [25:01 - 25:05]
Да, к сожалению, я не хочу в это верить, не хочу это знать иногда, просто действительно.
Интервьюер [25:05 - 25:07]
Но оно открывается вам.
Светлана [25:07 - 26:03]
Я просто понимаю, вот я смотрю, ну давай я сама себе говорю, будем честны с самим собой. И вот этот поиск уже какого-то мира, в конце концов, к 2028 году, но всё равно всё взрывоопасно, всё равно всё очень-очень жёстко, и всё измотанное, но и мир никак не наступает.
Но, видимо, пока не будет разрушен вот этот старый мир, наверное, говорить о чём-то сложно, а вообще какая-то более-менее не то чтобы финальная сцена, но момент того, как мы перешагиваем этот сценарий, это уже 29-й год, скорее к лету туда.
Но, знаете, заметила такую интересную вещь, просто вот если перейти на метафизический даже уровень, война 1812 года, она же очень такая странная, исторически не очень понятная, несмотря на все вот эти пропагандистские форматы.
Интервьюер [26:04 - 26:05]
Совсем непонятная.
Параллель с войной 1812 года
Светлана [26:06 - 30:22]
И, в общем, даже какие-то странные памятники битве народов, так называемые. Так вот, некие планеты, которые там поучаствовали, у них было такое странненькое взаимоотношение, они между собой и дальше там участвовали, но я увидела некий такой знакомый паттерн между ними.
И вот, кстати, в июле он начинает где-то в 20-х числах реализовываться. Но что самое интересное, что те, кто наблюдали и были участниками этих событий, 1812, даже 1815 год, 1815.
Есть такие странные замечания, что дети, которые там были маленького возраста, они в старости потом говорили, что что-то произошло с Землёй, с энергией, с небом, что раньше было небо одно, потом оно прямо изменилось радикально, что были какие-то странные вибрации в воздухе, и они всегда звучали, и, в общем, совершенно другие ощущения были, и вдруг всё это исчезло.
То есть мир как будто стал нарисованным или каким-то другим. То есть он просто поменял какие-то физические свойства.
И очень странные были события. Причём, значит, дети это заметили, пытались разговаривать с родителями, а у родителей начисто отшибло память, то есть как будто амнезия общая наступила.
И я вот вижу такую же историю похожую, и по сочетанию планет, но с новым состоянием человеческого сознания. Вот в чём разница.
И вот этот наш переход, если там это такая неосознанность была, ну и поехали как было, то здесь совершенно другое состояние, когда вдруг память человека начинает становиться совершенно другой, он как будто всё вспоминает, или как будто запоминает по-другому.
И вот мы будем видеть людей, очень странно реагирующих на многие вещи, и со временем будут происходить странные вещи, кто-то будет помнить то, чего как будто бы не было или было 250 лет назад.
То есть вот для многих это будет как какой-то хаос какой-то, как с психикой что-то у народа не так, а на самом деле это то же самое пробуждение.
Но это же не так просто, ты себя там уговорил и пробудился, а это вот такой момент, когда в тебя погружается некая сила, энергия. Она к тебе приходит, и ты думаешь, поговорить о ней с кем-то, или, может быть, я странненький.
Вот поэтому вот эти странные процессы, они, конечно, не будут однодневными. И вот эта военная ситуация, которая приведёт к какому-то тотальному такому коллапсу, конечно, экономически это тяжело. Конечно, для Германии это очень тяжело.
Для Евросоюза, который уже в 2027 году, уже к апрелю выглядит, как будто он начинает трещать по швам. То есть мы видим включение России в ситуацию, просто, я бы сказала, цивилизационного сдвига.
Но вот как на это реагировать? Как реагировать?
А может быть, есть смысл на это посмотреть по-другому, раз нам достались такие процессы, и мы на что-то претендуем, и мы говорим о каком-то пробуждении и каких-то высотах, которые заходят за пределы нашей жизни, то, наверное, в этом есть даже какая-то радость того опыта, который мы испытываем.
И более того, мы же для чего сюда пришли?
Мы должны прийти и вдруг вот в этих экстремальных событиях пройти эту проверку на прочность, как новый диалог с собой и как новая форма ощущения себя в мире, не как там какой-то мелкой песчинки, которую заставляют её полоскать туда-сюда, типа матрица.
Нет, если ты хочешь воссоединиться с силами нематричными, ну, значит, тебе нужно, во-первых, понять, принять сценарий, что он есть, что ты сюда для чего-то пришёл вот так. Нет никакой неупорядоченности, нет в космосе хаоса, всё очень продумано.
Можно говорить о цивилизациях, можно говорить о чём угодно, но цивилизации и Солнечная система - это система, которые точно так же переживают вот такие трансформационные процессы, а мы на материальном мире проживаем всем своим телом.
Интервьюер [30:22 - 30:24]
А на нас это отражается.
Светлана [30:24 - 30:25]
Да-да-да.
Работа с состоянием и мыслью
Интервьюер [30:25 - 30:32]
То есть человек скорее в этот момент прислушивается к себе, что с ним происходит в этот момент?
Светлана [30:33 - 32:48]
Ну, наверное, надо экспериментировать со своими мыслями как минимум, потому что это самое сложное.
Мы можем качать пресс, можем медитировать, но когда речь идёт о том, что мы выбираем, какую мысль сейчас, даже в связи с этой новостью информационной моей, какую мысль мы выбираем, стакан наполовину пуст, наполовину полон, и, наверное, нам надо выбрать наполовину полон.
Потому что когда мы это выбираем, он будет наполняться. Это наше, производное наше, которое мы увидим, это наполнение.
Если он для нас пуст, мы всегда видим людей, которые всё время сетуют на что-то и недовольны. Мы много раз это наблюдали, к нему счастье не приходит.
Ну а сейчас, наверное, вопрос искренности какой-то и вопрос какого-то такого человеческого тепла натурального, неподдельного, он является тоже своего рода вот этим энергетическим флёром, который поступает, и ты находишься на связи.
Поэтому если, скажем, там что-то и должно произойти в твоей жизни, вот это понимание, оно сделает тебя счастливым, даже если что-то произойдёт.
Это очень странно звучит, но я вот иногда вспоминаю слова Тарковского, который уже был болен, уже был на последней стадии, и он сказал, что этот этап жизни был для него самым счастливым.
Требуется идентификация себя внутри, и это приведёт к тому, что к вам придёт то, что вы всегда хотели, что вы хотели и не пробовали. А может быть, вы не хотели рисовать, а ни разу не попробовали и думали, что это невозможно, а это возможно.
И я просто поскольку посещала многие мастер-классы, видела этих вдохновлённых людей от мала до велика, это просто, ну я действительно от детей до взрослых под 90 лет, которые счастливы были неимоверно, но ты находишься вот в совершенно другом состоянии.
Это состояние определяет всё. И твоё тело подчиняется этому состоянию. Не ты ходишь за телом, а тело ходит за тобой.
Интервьюер [32:49 - 33:14]
Вы очень хорошо сказали о том, что мы можем радоваться тому, что мы становимся наблюдателями и участниками такой трансформации бешеной. Не каждому поколению такое достаётся.
Конечно, в первый момент может возникнуть какой-то страх, что ожидают нас такие события, но прежде всего мы проживаем этот опыт, но нам просто повезло, что мы его проживаем.
Светлана [33:14 - 34:53]
Более того, когда мы не можем оценить даже то, что мы имеем. Если нам дать всё, что мы хотим, мы перестанем вообще работать над собой. Но когда у нас есть какое-то сопротивление, в нашем мире оно такое материальное, то, конечно, это нас заставляет двигаться и так далее.
Даром у нас могут быть совершенно другие форматы жизни, не обязательно жить в несчастье, в горе и так далее. И планеты перестраиваются так, что они хотят просто другой мир.
Другой мир требует определённого состояния, потому что твои волновые характеристики обязательно должны соответствовать ему, а они происходят как раз из состояния, умение работать с этим состоянием.
И, собственно говоря, вот это объединение, которое вот нас всем рассказывают, что надо вот объединяться, а мы говорим, ну как объединяться, мы в жизни-то не можем подружиться, потому что не то, что нам объединяться, у всех свои амбиции, объединяться в том смысле, что у нас происходит какая-то такая нами незамеченная единство сознания.
То есть вот этот сигнал, который сейчас поступает к нам, он различный, но мы вдруг начинаем смотреть на всё и думать.
Вот интересно, вот люди, которые вот это всё устраивают нам, этот гардеробчик, они вообще как бы обладают какими-то человеческими качествами? Ну, просто элементарными самыми. И мы понимаем, что нет.
И мы понимаем, что система вела отбор специально в руководство именно тех, кто соответствует этому сценарию. Туда никак не мог попасть человек с более или менее хорошими принципами, настоящими.
Интервьюер [34:53 - 34:54]
Коммунистическими, да.
Светлана [34:54 - 38:40]
Ну, какими-то, да, по крайней мере, чистыми. Ну, просто там методичка есть, по которой может этот человек делиться со своими. То есть это всё не случайно, и наш наив, что мы чего-то там, мы должны просто понять, что если мы люди, мы должны проявляться как люди друг к другу.
Нас много, мы можем это, и мы можем друг друга поддержать, можем отвернуться от этого сценария, просто отвернуться.
Я иногда думаю, вот те, кто участвуют просто физически во всех сценах таких, если бы они все вдруг, они что же мы? Они могли бы сказать, а мы не будем.
Но желание денег, какие-то такие вот достаточно приземлённые, пусть рациональные и, казалось бы, честные мотивы заставляют двигаться в другую сторону.
Но вот при одолении этих мотивов, когда мы понимаем, что не материя первична, что материя следует за нашим сознанием, за нашим разумом, но душа обучается на этом всём промежутке, то тогда у нас складываются совершенно другие вещи вообще в нашей жизни.
И я не знаю, наверное, такой странный будет переход. Если мы посмотрим на всё, что осталось от тех памятников, условно античных, которые мы видим, странных, невозводимых, невозможных по своему конструктиву для нас.
Мне кажется, что это работа «Матрицы», которая демонстрирует вам культурный вариант и совершенно обратный. Но без этого невозможно было бы жить. Но то, что сделано, не поддаётся никакому физическому формату воспроизведения. Это невозможно.
И вот когда мы понимаем, что этот мир - это весьма такая условная картина, и мы иногда попадаем вообще в другое измерение, удивляемся, обратно возвращаемся.
То есть все эти рассказы о каких-то странностях, они для нас, ну так, подумаешь, блаженненькие разговаривать между собой. Но в самом деле вот эта вот хватка научной среды за материю, это какая-то просто умирающая агония.
Ну как можно, да, какую-то… не знаю, исследование произвести, если вы находитесь исключительно вот в этом кодовом формате, в котором вы находитесь в интерфейсе, ну поройтесь вот в компьютере, что у вас есть, то и есть, другого вы не найдёте, а кто за ним сидит, за компьютером зайдёт.
Поэтому вот мы сейчас как раз находимся на буквально, скажем, границе связи с тем, кто сидит за компьютером и с нашим интерфейсом, и мы ему уже перестаём верить, скажем, возможностям тактильным, зрительным, слуховым и так далее, потому что всё это выходит за пределы нашего данного нам вот такого земного восприятия.
Но сопротивление этому мы видим очевидное, нежелание даже разговаривать об этом, попытка увести нас в совершенно другие экономические дали, а теперь у нас бог экономика уже давно, то есть мы ему молимся.
Ну и экономика нам её правит, как и Грегор, но если бы всё было вот так просто. Поэтому как только изменится принцип, идеологический, внутренний, этический, сознательный, то, естественно, мы увидим совершенно другую архитектуру и другую жизнь, через серые их звёзды.
Разрушение старых систем
Интервьюер [38:40 - 38:47]
То есть эти системы, которые мы сейчас видим, и финансовые, и политические, и общественно-политические, они будут разрушены?
Светлана [38:47 - 38:49]
Да, как система.
Интервьюер [38:49 - 38:50]
Как система, да.
Светлана [38:50 - 44:12]
Как система.
Вообще всё, что было жёсткой системой, неспособной быть пластичной, подстраивающейся под время, под нужды, под понимание, оно не может, оно, как материя сейчас распадается, мы это просто видим, да, физика вот меняется, так и само понятие категории системы, она начинает переходить вот в этот бассейновый формат, да, и вот попытка её собрать, забугать, поставить колышки, так привязать, да, вот это всё, чтобы оно…
Но оно же будет разрушаться всё равно.
И вот это… Ведь планеты, которые там вот сейчас работают, они, знаете, как интересно работают? Раньше масса могла победить кого-нибудь, а теперь один человек может победить всё.
То есть вот эта субъективная, но общая сознательная реальность, она звучит парадоксально, но она и является возможностью перестройки мира. Ну, для кого-то это перестройка своего мира, а как только накапливается вот это число уже, так сказать, других людей, то оно меняет мир.
И я не исключаю, там даже какая-то странная такая позиция есть, вот такая планетарная, она как будто бы разделяет всех, вот один мир и другой мир. Так тоже может быть. Мы можем находиться в эпицентре драматичных событий, но не обязательно задеты этим будем.
Я, кстати, даже буквально вчера задумалась, я иногда провожу такой прямой эфир, который посвящён определённой теме. И, конечно, есть, например, даты людей, которые больше всего могут быть подвержены вот этим событиям, и в какой-то сфере в своей, и так далее.
Может быть, даже я такую проведу, выделю те даты, которые будут испытывать наиболее серьёзные колебания, и так далее. Но, кстати говоря, никто не останется прежним.
И Америка тоже после 2028 года, вернее, даже где-то с 2028 начинается ну как будто бы не то, что и закат, но в общем там большие проблемы, и экономические, и природные, и после этого даже весовые категории меняются до такой степени, что, ну может быть, Россия…
Я не к тому, чтобы сейчас кто-то соревноваться, а просто происходят такие процессы, которые будут, конечно, сопровождаться очень жёсткими, особенно для Америки, кстати говоря, природными процессами.
И, кстати, уже вот в июне-июле уже там начинается достаточно зыбкая история. Она зыбкая и по природному фактору, и по политическому. Там прям как-то очень выглядит жестковато, революционно, понятно, что будут большие колебания евро-доллара.
Но вот мы вот с вами ходим из разных слоёв, выходим на разные, скажем, информационные какие-то сюжеты. Но всё это для нас кажется разрозненным, а когда смотришь туда, на планете, очень всё строено.
И я, наверное, хотела бы вот что сказать, интересная такая штука. Когда мы вот в астрологии пытаемся трактовать что там, есть такое понятие угловые расстояния планет.
От этого угла зависит, какая будет жизнь у человека, трудная, нетрудная, как он будет действовать, в каких обстоятельствах он будет, какие события у него будут. Но когда мы понимаем, что Земля наша, это практически полигон для испытаний, то поле - это много, а гон - углы.
То есть мы каждый раз… вообще это интересно, когда игра слов такая возникает, неслучайная.
То есть мы находимся всё время в необходимости справляться с этими угловыми расстояниями, от них зависит энергия планеты, жёсткие, нежёсткие, добрые, или так расслабленные какие-то, ты там тоже забылся, тоже не очень.
Поэтому такая здесь глубокая философия заложена, что мы определяем своей жизнью, своими словами те углы, либо мы их сглаживаем, либо мы их, так сказать, усиливаем.
Но на самом деле же, когда мы говорили об исходном коде, который прописан, но мы на него не касаемся. Любой числовой код, с точки зрения высшей физики, он может быть представлен геометрической фигурой. То есть мы сейчас начинаем понимать, к чему все эти мандалы и прочее.
Это как раз и есть код.
И вот когда мы понимаем, что у каждого человека вот эта закодированность, она в угловых расстояниях планет в своей мандале, вот мы и видим, как вот просто ту самую суть, практически физику, геометрию нашей жизни.
Но мы её так не осознаём, не понимаем и не хотим, сопротивляемся, раздражаемся. Но как только мы к этому придём, поймём, что это такое, что у нас есть ключи просто от этих кодов. Потому что у каждого код свой, но он находится в общем коде России, в общем коде мира и так далее.
Вот, всё это вычисляется, всё это реализуется даже в практическом смысле. Но сейчас об этом говорить рано, и не то чтобы рано, просто с этим борются и всячески пытаются.
Ресурсы: сайт и приложение
Интервьюер [44:12 - 44:32]
Ну, понятно. А, Светлана, вы несколько раз сказали о том, что вот вы вычислили конкретно время, даты, когда будут какие-то яркие события.
Скажите, вот за границами нашего интервью, есть у вас какие-то информационные ресурсы, приложения, сайт, на который можно зайти и узнать глубже то, о чём мы сегодня с вами говорим?
Светлана [44:33 - 45:47]
Спасибо, что даёте возможность мне немного рассказать об этом. У нас действительно, почему я говорю «у нас», потому что у меня работает команда людей с технической точки зрения, с организаторской, у нас очень много вопросов таких, не касающихся астрологии.
Но это действительно, на мой взгляд, на сегодняшний день довольно уникальное - это и сайт, и приложение. Приложение даже удобнее, мне кажется, кому как.
Это приложение, оно там не только посвящено астрологиям, а даже антропологическим вопросам. Там можно прочитать и про руку, посмотреть, про лица, про физиогномику, про различные практические вещи, которые… Ведь это единая наука.
Вот у меня есть там свой метод и рубрика, называется «Общий человеческий прогноз». И там я всегда выделяю даты людей, которых я точно знаю, какие у них будут происходить события.
Конечно, я не могу всех и каждого, но каждый раз эта дата, например, я вижу, что это будет с такими-то людьми, это будет, может быть, проходящее событие, а это продлится долго и закончится вот тем-то.
То есть это возможность выйти за пределы банальных и таких профанированных вопросов, знаков Зодиака.
Это реальный прогноз для людей с определёнными датами.
Интервьюер [45:47 - 45:48]
Конкретных, да.
Светлана [45:48 - 46:26]
Да, и я надеюсь, что это вспомогательно очень работает, и, может быть, позволяет ироничным как-то увидеть последовательность, потому что у меня даже есть там постоянно выкладываются подтверждения.
То есть это мы можем наблюдать историю, какая она есть без пропагандистских лозунгов, и мы можем увидеть, как она складывалась, как на неё люди реагировали, и сильный мир из него, и куда она шла дальше.
Это вообще интересный процесс, потому что он позволяет увидеть ту разницу естества и придуманного человеком какого-то формата.
Интервьюер [46:26 - 46:27]
Огромная работа.
Светлана [46:28 - 47:10]
Ну, она мне как-то вдруг, наверное, мне не хватало этого.
Да, там, скажем, есть бесплатный контент, есть платный контент, но это работает группа людей, которые всё время на техподдержке, на телефоне, на почте, у нас очень много писем и в поддержку, и к нам, и ни одно письмо не остаётся вообще, или там просьба, или звонок даже не остаётся без внимания.
Мы стараемся отвечать на всё, потому что в наших как бы мы работаем... с людьми, вот в том смысле, что с людьми мы не продаём им товар, мы просто, ну, это моя такая установка, и всегда со мной люди, оказывается, те, кто эту установку поддерживал.
Интервьюер [47:10 - 47:13]
Ну, конечно, подобное притягивает подобное всегда, да.
Светлана [47:13 - 48:13]
Кстати говоря, надо сказать, не я явилась инициатором этого приложения, а вот пришли люди, которые не только предложили, они его сделали, и как-то вот это вдруг так стало.
Ну, то есть мне кажется, что можно много говорить, и у нас очень много этого сейчас в эфире, но когда ты просто дело делаешь, а там уж кому это нравится, не нравится, это вопросы очень субъективные. Но, по крайней мере, эта информация, она вся структурирована, собрана.
Она и структурирована, она и подробная, и где-то препарирована, там, тему, не знаю, доллара и евро, а где-то препарирована тема Ирана или так далее, где-то общая канва.
Ну, во всяком случае, мне кажется, что когда мы начинаем видеть шире, как это всё прописано, мы начинаем заодно относиться к этому по-другому, потому что если это так, значит, какова наша роль?
И вот то, о чём мы говорили в начале нашей беседы, наверное, вот так закольцовывается.
Когда завершатся перемены
Интервьюер [48:13 - 49:05]
Дорогие наши слушатели и зрители, под нашим видео будут все ссылки и на приложение, и на сайт Светланы. Пожалуйста, если вас это заинтересовало, заходите, читайте, изучайте, подписывайтесь, вам будет очень интересно.
Светлана, да, у нас как-то вот вроде бы мы закольцевали, но есть ещё один вопрос. Людей всегда интересует, когда закончится. То есть мы говорим о каких-то разных... Был ковид, мы все говорим, ну когда же он закончится, когда всё вернётся.
Сейчас мы проговорили о тех больших изменениях, которые будут происходить и уже начали происходить, но наступит какой-то момент, когда изменения свершились, мир изменился, коды изменились. Когда примерно это может произойти?
Светлана [49:06 - 54:37]
Ну смотрите, коды меняются прямо сейчас. Всё это в нашем понимании времени должно осуществляться, и приспособление всех живущих на Земле, в том числе, к этим новым годам, от людей до животных даже.
Если мы говорим каким-то, очень сложно же отойти от каких-то геополитических напряжений, экономических и так далее, но на мой взгляд, не всегда удаётся прям так вот увидеть на 155 лет вперёд, но ощущение, например, что после 2029 года наступает момент 2029-2030, вот этого ощущения нового мира, это какая-то относительная, я бы сказала, стабилизация, хотя вот такого нет, планеты вышли из диалога между собой жёсткого и прям расслабились.
Нет, но какими-то отрывками, по-моему, в 2036 году я увидела чуть ли не отсутствие денег вообще. Всё это плавные процессы преобразования, которые в любом случае идут.
Но что хотелось бы сказать, вот когда был там 2018 год, 2017, 2016... 17, 18 у нас такая была передача, не знаю, видели вы или нет. Некоторое время, наверное, лет 5-6, на шаг впереди. И вот я там всё об этом говорила, что идёт война с Богом. Какой Бог? Какая война? О чём вообще речь?
И потом я сказала, что будет попытка тоталитарного захвата как бы власти. Ну, то есть я рассказала о ковиде. Вот тогда по планетарным показателям была самая жёсткая ситуация, честно говоря.
Я думала, когда я это видела, наверное, все не выживем, я говорю просто так.
Те комбинации планет, которые сейчас, они дают всё время люфт, они не делают между собой жёсткости такой, не создают её такой, что ты её не перешагнёшь. Везде прямо люфт.
Поэтому если бы они были в другом угловом сочетании, там под 90 градусов, это было бы условие неотменимое вообще, но они меняют качество, они даже нас щадят, растягивают наше удовольствие от этих перемен.
Иногда я смотрю, я понимаю, людям сравнить не с чем, им кажется плохо-плохо, но нет, всё очень щадяще.
И если, скажем, Россия сейчас будет переживать тяжёлые времена, но это для России, пожалуй, для всего мира, 28-й год может быть очень сложным, и с точки зрения экономики, с точки зрения вот этого бытового устройства.
Я не знаю, как будет с питанием и так далее, но есть ощущение, что это очень тяжёлое время. Тяжёлое время, когда старое разрушено, наверное, с новым очень сложно.
Это время, когда мы переиграем, я бы даже сказала, переборщили с вопросами технологий, искусственного интеллекта и так далее, мы им наедимся в 2028 году.
После этого наступает другое переосмысление отношений к технологиям, и технологии вообще, и ощущение даже, когда человек может задуматься, а вообще в этом мире есть что-нибудь неживое?
Потому что всё, все структуры в определённом смысле несут с собой некую духовную составляющую, может, не в таком виде, она очень ограничена с точки зрения выбора.
Это человек имеет этот выбор, а там всё-таки идут вот эти коды подчинения, как если бы клетка хотя бы имела, скажем, желание, но она подчинена уже более жёстким годовым форматам.
Поэтому наше понимание этих процессов приведёт нас к другому отношению и другому соотношению биологии и искусственного интеллекта.
Ну, чтобы вас это просто не пугало, это не в смысле сейчас мы засунем к себе в голову какие-то чипы, напротив, просто одушевлённость тех предметов, с которыми мы работаем, сталкиваемся, она, в общем, подтолкнёт к совершенно другим идеям.
Ну, то есть я считаю, что мы сейчас переживаем и будем переживать самые сложные годы. И если кого-то, может быть, это утешит, что нам их просто надо пройти и, может быть, сформировать в себе то, чего нам не хватало. Поэтому легко или нелегко?
Легко всегда тем, кто занят чем-то. А если он занят, к нему все тоже тянутся, потому что он всем нужен. И вот эта занятость, не расслабленность, не такая вот обломовщина, она же делает человека несчастным.
Я видела людей крайне состоятельных, крайне глубоко несчастных, и обратную сторону медали. Поэтому, конечно, мы к материи привязаны, и что уж там греха таить, но нет среди нас таких, кому это не нужно. Это всем нужно, этот комфорт всем нужен.
Но вот эта разумность, когда это не становится целью, а становится сопровождающим фактором, и когда ты работаешь, а потом думаешь, ой, ещё и деньги за это платят, вот это очень хорошая идея.
А когда ты думаешь, я должен это сделать, чтобы получить деньги, всё, меняется идея, меняется формат материи и событий.
Роль России в мире
Интервьюер [54:37 - 54:52]
Понятно, что все эти преобразования, которые будут с нами происходить, не будут длиться веками, когда тогда произойдёт 28-29 год. Россия будет иметь значение в мире?
Светлана [54:54 - 56:46]
Я думаю, что более чем, потому что тот, даже не знаю, как это назвать, коллапс, который случится даже территориально, мы находимся всё-таки в совершенно другой среде, потому что очень беспокоен океан, очень беспокойна земля.
Те процессы, которые происходят, они… вот у нас нет отдельно, не знаю, сегодня, кстати, на Филиппинах очень серьёзное землетрясение было. Да, я читала. Это же всё процессы одноимённые, политика, природа, потому что сигналы-то идут одни и те же.
Иногда просто смотришь и думаешь, ага, вот это намёк на то, что там будет землетрясение, а здесь будет революция. Но сигналы одни и те же.
Мы, наверное, переживём эту перестройку, планетарную перестройку, дадим ей возможность, она нас поддержит, если мы дадим ей возможность.
Но Россия и территориально, и своим, как бы, естеством, я уж много раз об этом говорила, она очень близка к тому фактору сверхуправления третьей силы, которая является куратором.
Я не говорю о той структуре кураторской, я говорю о том, что по своей ценности и по своей значимости задача. Речь ведь идёт о воссоздании человека.
Человека, а не человека, который мы сейчас, кстати, наблюдаем. Часть человека, а часть искусственный интеллект. Разве нам не такие люди встречаются? Я думаю, что это не просто у нас такая фигура слова, это реальность такая.
То есть здесь были созданы разные возможности, разные уровни, и вот когда та часть, которая человеческая, она требует и своего места, и своего образования, и своего пути.
Интервьюер [56:47 - 56:48]
Я очень хорошо понимаю вас.
Светлана [56:48 - 59:07]
Таких людей много везде. Даже какая-то приверженность, прямая приверженность, я бы даже сказала, тому, что может происходить всё, что угодно, а я свой кодекс чести не нарушу, потому что с этим невозможно ни жить, ни спать, ни быть, ни видеть себя в зеркале.
И если ты видишь себя в зеркале, и тебе не противно от твоих поступков, я не говорю о внешности, это уже говорит о том, что этот путь выбран правильно. Конечно, тебе могут всё время какие-то препятствия приходить, ещё что-то.
Ведь когда ты смотришь карту человека, там есть условия у некоторых просто кармически созданные, и будет вот так. Но приятие этих условий, понимания их, оно смягчает твоё состояние, и ты понимаешь, что ты идёшь правильно.
А если ты идёшь правильно, от тебя идёт правильная энергия и так далее. Всё вот таким образом складывается.
И если мы это понимаем, так жалко, что люди… Ну вот не все понимают в астрологии. Если бы вы знали, как это… А, удивительно, когда ты открываешь и всё видишь.
Иногда тебе человек задаёт вопрос, а ты уже всё знаешь, какие вопросы он тебе задаст, кто он, что он, и у тебя нет по его поводу никакого раздражения или зла, ты только думаешь, как же ему донести то, что в словах невозможно.
И вот если бы все видели, как это устроено, ну трудно быть тем, кто нами сейчас руководит. Вот такая вот история.
Всё-таки это знания, которые создают истинное человечество. Ну поэтому, наверное, поскольку здесь нужно сохранить этот материализм, эту идею, этого бога под названием экономика, вот мы и видим всё, что есть. И не только экономика.
Экономика - это тоже, да, проекция совершенно других мотивов, совершенно в другом мире. А здесь мир-то не так однороден, как мы понимаем. И все, кто здесь живут, это не все имеряне, скажем, в известном смысле слова.
Поэтому, ну, как есть, мы здесь живём, мы сюда пришли, и каждый в состоянии оставаться со словами «я есть». Я есмь, да.
Индивидуальная работа астролога
Интервьюер [59:07 - 59:18]
А вы говорили о том, что вы смотрите карту человека и видите уже его суть и всё. Значит ли это, что вы занимаетесь индивидуальной работой тоже астрологической?
Светлана [59:19 - 61:56]
Конечно. Любой астролог имеет опыт, прежде всего, индивидуального консультирования, потому что это, ну, как сказать, это такой постфактумный набор пониманий, который иногда не работает так вот, как теория.
Ты можешь рассказывать о теории сколько угодно, но когда у тебя есть опыт, и ты знаешь, как работает вот это, вот то, а там очень много всего, ты знаешь, что иногда звёзды, когда с планетами соединяются, они припечатывают события.
Они просто не дают возможность выйти за пределы этого события, потому что здесь уже некий такой код конкретный. А есть просто взаимоотношения планет. Не хотели бы вы сегодня сделать так? Есть разные уровни предложений со стороны планет.
Вот, например, соляр, который все думают, что вообще прогноз делается только по соляру. Постройте мне соляр, они говорят. Это забавно, потому что соляр является вспомогательной картой вообще в прогнозировании, вспомогательной.
Он, конечно, позволяет маневрировать и создавать там себе правильные некоторые мизансцены, например, возможность так расположиться географически, чтобы акцентировать что-то в своей жизни. Всё это инструменты. Некоторые там работают, поговорили, уговорили и отправили.
Я пишу себе очень большой текст. Я там пишу, анализирую. Я пока вот не въеду во всё, и пока у меня нет последовательности хронологической с откатом назад, потому что иногда я аж людей не вижу, они просто вот я знаю, там у меня есть дата, время, место рождения.
Я смотрю, что за человек, вижу, что было до того, как он ко мне пришёл, что его привело ко мне. Он мне может рассказывать всё что угодно, но я-то вижу другое.
Другое, не другое, это просто я вижу реальность какова, и вижу, как она будет разворачиваться, и вижу его больные моменты, а они могут быть не так актуальны, потому что его ждут. Там некоторые спрашивают, сдавать мне квартиру или нет.
Я говорю, слушай, у тебя скоро будет столько всего, такие квартиры, что тебе вот это вообще интересовать не будет. Как это? Ну, в общем, это так и случается. Поэтому, конечно, все задают вопросы в контексте того, как они себе это предполагают.
А ты, когда им рассказываешь за пределами их предположений, не всегда это принимается, потом понимается. Но мы, наверное, астрологи, всегда готовы к тому, что приходится ждать, чтобы человек понял, что имелось в виду, и что это действительно произойдёт.
Интервьюер [61:56 - 61:57]
Чтобы он принял, да.
Светлана [61:58 - 62:55]
Да, это такая штука, но те, кто, например, бывает, сотрудничество постоянное, сейчас с этим мне прям сложно физически, технически, я не успеваю, то это прям буквально такой мониторинг, построение жизни, не только построение такое вульгарное, да, давай пойдём туда, пусть у тебя там больше денег, там просто всё видится, все причины, все связи и так далее.
Ну то есть у всех есть вообще карты, и у животных они есть, и у машин, когда вы их покупаете, они есть, и у самолётов.
И не только я это говорила и говорю, и как бы работаю с этим. Очень многие у Королёва сообщали о том, что будет, но нет. Вот поэтому всё это, если бы это взять на вооружение, всё было бы и в сохранности, и в эффективности, и в доброте.
Путь в астрологию
Интервьюер [62:55 - 62:58]
Скажите, как астрология в вашу жизнь вошла?
Светлана [62:58 - 67:31]
Я занималась хиромантией, очень плотно этим занималась. Сначала, конечно, я занималась литературой, очень много посвятила этому сил, времени, в общем, с этим связано очень многое.
Интересно, что как-то ещё это было сто лет назад, когда ещё были киоски и продавались с них газеты.
И я подхожу к киоску, думаю, ну вот очередную какую-нибудь книгу такую интересную прикупить по энергетике, всё в таком духе, и слышу голос, который мне говорит, а я знаю, что тебе нужно. Тебе нужна хиромантия.
И я, не поворачивая головы, говорю, да какая хиромантия? Не нужна мне хиромантия, мне другое нужно. И я оборачиваюсь, и никого нет. И я вот даже думаю, может, я кого-то просто не увидела, а сейчас я понимаю, это голос-то был в голове.
И в этот же день я просто встречаю, ко мне приходит там пациентка, которая рассказывает о каких-то невероятных чудесах хиромантии.
И всё, я этим заболела, я это изучала очень плотно, и поскольку у меня было очень много людей, которые приходили на приём, у меня была возможность практиковать. И в конце концов, всё фанатично, на самом деле в моей жизни всё фанатично.
И хиромантия - это, конечно, удивительная вещь. Руки.
Человек может вот так вот сделать, кулачок сжать, а ты видишь, какие у него приоритеты. То есть не обязательно открывать руку. А уж там, когда открыта рука, это другое дело. Но бывают молчаливые руки, бывают такие… Ты сразу понимаешь, как человек устроен.
Но в какой-то момент мне показалось, что мне не хватает чего-то. Ну как так? Да, я могу увидеть, что это будет через 2-3 недели или ещё что-то, но это не та хронология и не та подробность, чего-то мне не хватало.
Ну, я просто пришла свои знания пополнить в одну школу известного человека. Павлу Глобе, который пообещал в хиромантию, я думаю, ну, наверное, ещё что-то не знаю, а столкнулась там с астрологией. Ну, правда, в лице не совсем Павла Павловича, в лице другого человека.
Ну, так осталось посмотреть. И не то чтобы меня это захватило, меня это просто ангажировало на всю жизнь.
И, конечно, как вы говорите, личная консультация. Вот тогда ещё не было таких гаджетов, таких уж продвинутых, даже у меня компьютера не было, я всё вручную делала, даже у меня там такой трафарет был, я накладывала, я даже вычислила точную дату покупки квартиры. Так и случилось.
Так я этим увлеклась, что я себе в откидном календаре записывала, что со мной будет. Допустим, вижу, в этот день будет то-то. Я по этому откидному календарю проверяла. То есть ты и на себе это видишь.
Потом, я не знаю, это настолько тебя включает. Астрология тоже должна себя любить, как мне кажется. И всё.
И это просто заняло столько времени, когда все, как мне кажется, там вели очень бурный образ жизни. Я помню, что они все гуляют там по берегу реки, а я, мне прямо мой учитель подарил такой маленький-маленький гаджет такой. Это ещё был DOS, вот помните, такая система была?
Он был без подсветки, просто вот на таком сером фоне, такой экран расплющенный. Я там ездила и в метро, я от него взгляд не отрывала, я чего только там…
Их было всего четыре штуки вот таких вот, прям, это не было даже ноутбук, это что-то было среднее. Привезли их каким-то нефтяникам, которым они не оказались мне нужны. И, в общем, как-то вот он мне оказался.
Поэтому это такой вот путь крайне вдохновенный, и до сих пор он прям… Я прямо счастлива, что мне так в жизни удалось поймать, получить свой путь.
А когда это сочетается с астрологией, с эфирными маслами, с камнями, с пониманием вот этих вот вещей, то ты как бы считываешь всё по-другому.
Это общее понимание, которое позволяет, наверное, даже иногда не обязательно вот так методично смотреть, а вот руки там такие, а вот нос там такой.
Это уже прямо приходит мгновенно к себе и создаёт ощущение определённое. Но я не отключаюсь от человеческой жизни обычной, и она тоже меня радует.
Слова благодарности
Интервьюер [67:31 - 67:50]
Но астрология вас точно полюбила. Светлана, спасибо вам огромное за глубокий и искренний разговор, потому что не было ни ноточки фальши, было всё настолько глубоко и искренне, что я вам очень благодарна.
Светлана [67:50 - 67:54]
Спасибо вам за возможность выслушать и понять, и дать мне возможность всё это высказать.
Интервьюер [67:55 - 67:55]
Спасибо.
