Политическая траектория Турции в середине июля 2026 (часть 3)
Прогноз: «Глобальные мировые события ближайших месяцев» (опубликовано 18 марта 2026 года, ссылка)
С. Драган:
…По сути, есть потенциал того, что к 9–18 июля 2026 года военными политическими событиями будет задета Турция…
О целом ряде военных политических событий, которые критично задели интересы Турции в июле текущего года, уже частично сказано в частях 1 и 2 Подтверждения от 29 и 31 июля текущего года.
Но крайне значимым на ближайшую и дальнейшую перспективу может стать обострившаяся летом текущего года борьба Турции со своими средиземноморскими конкурентами за владение газодобывающими источниками в Средиземном море.
Игнорируя интересы Турции, США, Кипр, Греция и Израиль официально ведут переговоры о движении к новому энергетическому партнёрству, нацеленному на защиту инфраструктуры и развитие добычи природного газа в Восточном Средиземноморье в рамках энергетического диалога «3+1».
12 июня 2026 года министр энергетики США Крис Райт подписал соответствующую Декларацию о намерениях вместе с министром энергетики Кипра Михаэлисом Дамианосом, министром окружающей среды и энергетики Греции Ставросом Папаставру и послом Израиля в США доктором Йехиэлем Лейтером.
Согласно принятому совместному заявлению, в ближайшие месяцы четыре страны проведут серию консультаций в рамках рабочих групп для подготовки дорожной карты, определяющей цели и действия по направлениям энергетической безопасности, разработки месторождений природного газа на шельфе, инфраструктуры, инноваций и исследований. По мере роста мирового спроса на энергоресурсы в качестве первого шага участники договорились о создании рабочей группы по кибербезопасности и физической защите. Особое внимание было уделено экономическому коридору Индия – Ближний Восток – Европа (IMEC) и другим транспортным инициативам, считающимся критически важными как для глобальной экономической устойчивости, так и для безопасности цепочек поставок.
Для аналитического сопровождения проекта стороны также прибегнут к услугам Университета Райса, где на базе кампуса в техасском Хьюстоне будет создан Восточно-Средиземноморский энергетический центр (Eastern Mediterranean Energy Centre – EMEC). Данный университет – ведущее американское учреждение, специализирующееся по энергетическим и геополитическим вопросам. Эта аналитическая организация призвана стать постоянным механизмом сотрудничества между четырьмя странами.
В ходе министерской встречи в формате «3+1» перед открытием EMEC четыре страны договорились о разработке дорожной карты сотрудничества. Следующая такая встреча пройдёт в Израиле до конца года.
Соглашение направлено на практическое воплощение одной из ключевых целей Закона о безопасности и энергетическом партнёрстве в Восточном Средиземноморье, принятого Конгрессом США в 2019 году на двухпартийной основе. Он был разработан для укрепления энергетических связей США с союзниками по региону и противодействия влиянию России и Китая. Однако, как несложно догадаться, декларируемая цель противодействия влиянию Москвы и Пекина в регионе нисколько не убеждает и не успокаивает Анкару.
Вполне закономерно, что турецкие СМИ и эксперты не скрывают своего беспокойства, обращая внимание на перспективу совместных военных учений Западного Иерусалима, Никосии и Афин при поддержке Вашингтона.
Факты свидетельствуют о том, что действия союзников, в которых угадываются контуры «энергетической тройки» в составе Греции, Израиля и Кипра, направлены на безусловное вытеснение Турции и минимизацию её геополитического влияния в Восточном Средиземноморье, и в первую очередь – из энергетической сферы.
Именно в этом кроются стратегические замыслы и интересы вышеупомянутых игроков. В каком-то смысле «тройка» решила перейти в контрнаступление. Поддержка мирового гегемона (хотя и слабеющего, как видно из событий вокруг Ирана) понадобилась им из-за неудачного хода событий в Ливии и не только там. В ходе военных действий 2019–2020 годов ливийская национальная армия (ЛНА) под предводительством фельдмаршала Халифы Хафтара – фактического правителя восточной Ливии – чудом уцелела после вмешательства Турции в войну и военно-технической помощи правительству западной Ливии с центром в Триполи.
В результате Анкаре во многом удалось не только сорвать планы «Энергетической тройки», которая и ранее пользовалась покровительством и расположением США, но и отчасти навязать свою повестку. Согласно ей, любые трубопроводы от шельфовых газовых месторождений Тамар, Левиафан и Афродита должны идти через турецкие территориальные воды или турецкую территорию.
Помимо доминирования на морских просторах в рамках геополитической доктрины Mavi Vatan, имеется и более приземлённая цель – наполнить валютными поступлениями от транзита энергоресурсов дефицитный бюджет.
Как отмечают некоторые турецкие и международные издания, саммит в Хьюстоне способен коренным образом изменить геополитический и энергетический баланс в Восточном Средиземноморье. В частности, об этом пишет авторитетное греческое издание Kathimerini. В одном можно не сомневаться – заинтересованными сторонами предпринимается очередная попытка подтянуть к израильско-греко-кипрской «тройке» администрацию Дональда Трампа с учётом разнообразных интересов людей из окружения хозяина Белого дома.
Следуя текущей моде, в администрации Трампа делают акцент на торговле, а не на конфликте. Выступая в Хьюстоне, глава энергетического ведомства США Крис Райт высоко оценил Грецию, Кипр и Израиль, подчеркнув, что эти три страны меняют не только своё собственное энергетическое будущее, но и будущее всего региона. Чиновник связал создание центра с общей концепцией администрации Трампа, согласно которой «торговля, инвестиции и энергетическое сотрудничество являются стабилизирующей силой, сближающей страны».
Райт полагает, что торговля приносит взаимную выгоду: «Цель этого проекта – тесно связать регион не конфликтом, а торговыми связями». Мы видим, что Белый дом при Трампе в очередной раз торопится торговать тем, что Америке не принадлежит.
Комбинаторы из Белого дома и ранее фонтанировали разнообразными экстравагантными идеями наподобие презентованного некогда «Совета мира». В 2025 году Трамп подписывал под телекамерами совместное заявление с лидерами Азербайджана и Армении, продвигая проект дороги собственного имени. В начале 2026 года, после похищения президента Николаса Мадуро, он принялся учить венесуэльцев тому, как им правильно распоряжаться своими национальными ресурсами. На фоне фиаско вокруг Ирана и невозможности прекратить израильскую агрессию против Ливана возникла «гениальная» идея натравить сирийских боевиков запрещённой в России террористической группировки «Аль-Каида»* на шиитское военно-политическое движение «Хезболла». И вот «дипломаты от ритейла» собираются «установить мир и взаимопонимание» в Восточном Средиземноморье, в акватории которого все последующие годы противоречия лишь нарастали.
Встреча в Хьюстоне состоялась всего через несколько дней после министерских переговоров Восточно-Средиземноморского газового форума (EMGF) в Вашингтоне, участники которых подтвердили свою приверженность диалогу, сотрудничеству и уважению международного права как основы для освоения энергетических ресурсов Восточного Средиземноморья. Закон о восточно-средиземноморском коридоре внесён в повестку дня комитета сената по международным отношениям, что приближает его к одобрению палатой представителей.
Таким образом, пока мы видим пафосные речи, громкие заявления и мало кого к чему обязывающие декларации с обещаниями всеобщего блага и процветания. Да вот только очень сомнительно, что эти прожекты хотя бы отчасти сбудутся, учитывая, что силовым компонентом для реализации задумки даже объединённые силы Израиля, Греции и Кипра не обладают. Думается, если дело дойдёт до реальных операций, противопоставить Турции они смогут очень немногое. Более тесная координация потребовала бы от «тройки» пересмотра всех своих военных доктрин и концепций, делающих ставку на оборону. Гипотетическое движение к единому морскому командованию в целях противостояния общему противнику неизбежно натолкнётся на многочисленные «подводные камни». Отсутствует у израильтян, греков и греческих киприотов и свой убедительный геополитический успех, подобный тому, что продемонстрировали на весь мир турки в Ливии.
При этом ожидать поддержки США против Турции на Ближнем Востоке не приходится. Скорее, Белый дом действует в привычной для него логике «системы сдержек и противовесов», следуя прежде всего специфически понимаемым коммерческим интересам.
В середине июля произошёл резкий всплеск антитурецкой риторики в Израиле и алармистских высказываний представителей его политической элиты. Так, премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил о том, что закупка Турцией американских истребителей пятого поколения F-35 приведёт к дестабилизации ситуации на Ближнем Востоке. «Это разрушит баланс сил на Ближнем Востоке, так как я думаю, что у Турции есть агрессивные намерения», — сказал он в эфире телеканала CNN**. Израильский премьер добавил, что Турция «не является силой мира и безопасности». Ранее, 7 июля, портал «Аксиос»* со ссылкой на источники сообщил, что Нетаньяху в ходе телефонного разговора с Трампом обратился к нему с просьбой воздержаться от передачи Турции новых систем вооружений для модернизации ВВС этой страны.
В интервью 14-му каналу телевидения Израиля Нетаньяху сказал: «История учит нас, что если одна региональная держава приходит в упадок, то другая набирает силу. Наша задача состоит в том, чтобы мощь Израиля росла быстрее, чем у других». На протяжении последних 10–15 лет правящая элита Израиля была одержима иранской угрозой. В течение минувших полутора лет геополитические позиции Ирана на Ближнем Востоке существенно ослабли. Вначале из «Оси сопротивления» выбыла Сирия, затем были нанесены сильные удары по движению «Хезболла» в Ливане. Теперь израильская элита опасается, что Турция займёт место Ирана в региональных раскладах. Журналисты газеты «Джерусалем пост» отмечают: «Солнце заходит над региональной гегемонией Ирана, несмотря на дипломатические промахи, оживившие его надежды. Его военный потенциал и сеть региональных прокси существенно ослаблены, и солнце уже восходит над турецкими амбициями. Турция уже окопалась в Сирии, она наращивает национальную военную индустрию, производя сложные дроны, военные корабли и, возможно, в будущем — истребители. Анкара хочет заполнить региональный вакуум, возникающий на фоне ослабления Ирана. Тегеран пытался окружить Израиль шиитским огненным кольцом, а Турция выстраивает своё суннитское».
Кризис в отношениях Турции и Израиля имеет вполне конкретное экономическое измерение. Это спор из-за шельфовых газовых месторождений Восточного Средиземноморья. При этом Анкара считает своими и месторождения газа в экономической зоне суверенного Кипра. В результате начал складываться военно-политический блок в составе Греции, Кипра и Израиля, направленный против турецкой экспансии. В январе 2019 года представители средиземноморских государств Египта, Израиля, Иордании, Италии, Греции, Кипра, а также Палестинской национальной администрации провели конференцию в Каире, на которой договорились об учреждении Восточно-Средиземноморского газового форума, целью которого является «создание регионального газового рынка, который должен служить интересам его участников, гарантируя спрос и предложение, оптимизируя ресурсы для развития, предлагая конкурентоспособные цены и развивая торговые отношения». Турция и Ливан оказались вне этой международной экономической организации.
Ответом Турции стало соглашение о делимитации морских границ, заключённое с Ливией, а точнее — с протурецким Правительством национального согласия в Триполи, в ноябре 2019 года. Этот документ перекрывает пути поставки газа из Египта, Кипра и Израиля в Европу.
Кстати, Греция активно соревнуется с Турцией в гонке вооружений, закупая самые современные американские истребители и занимаясь милитаризацией островов Эгейского моря. Греческое правительство вслед за Израилем выступило категорически против поставок американских истребителей пятого поколения F-35 Турции. Как заявил министр обороны страны Никос Дендиас, Афины постараются предотвратить появление данных самолётов на вооружении турецких ВВС.
Кажется, спор Турции и Израиля из-за добычи и поставок углеводородов может объяснить неприятный инцидент, произошедший во время недавнего пребывания в Сирии Макрона — первого за 17 лет президента Франции, посетившего эту страну. При этом он обсуждал главным образом инвестиции в инфраструктурные проекты, в том числе в предполагаемый газопровод из Катара, который должен пройти через территории Саудовской Аравии, Ирака и Сирии для последующего экспорта газа в Европу. За четыре дня до визита Макрона прогремел взрыв в центре Дамаска недалеко от Дворца правосудия, в результате которого 10 человек погибли и 20 были ранены. До этого в течение почти полутора лет после взятия власти противниками Асада масштабных терактов в Дамаске не было. И уже во время пребывания Макрона прогремели ещё два взрыва. Причём первый — вблизи принадлежащего саудовскому принцу Аль-Валиду бен Талялю отеля «Four Seasons», в котором проживал Макрон. Ему недвусмысленно дали понять: не суйся в Сирию, не вкладывай туда деньги.
Кто это мог сделать? Существуют три версии о том, кто мог быть заказчиком этих терактов. Во-первых, спецслужбы Израиля, встревоженные восстановлением экономики и инфраструктуры Сирии и стремящиеся сохранить САР в качестве вечного «несостоявшегося государства». Во-вторых, спящие ячейки «Исламского государства»*, возмущённые тем, что Ахмед аш-Шараа, придя к власти, не стал строить ваххабитский эмират, а пытается наладить нормальную жизнь в стране. В-третьих, недовольные и пострадавшие сторонники прежнего режима Асада (представители партии «Баас», например). Экспертам всё же кажется, что первая версия наиболее правдоподобна.
(*запрещённые в РФ экстремистские и террористические организации)
По мнению экспертов, значительное противостояние Турции и Израиля и борьба за Восточное Средиземноморье и как следствие за построение «Великого Турана» или «Великого Израиля» только начинаются.
(продолжение темы следует)
